Икра, мезе и большая политика: о главном блюде на столе переговоров

Киевлянин, долгое время трудился в медиа и политике, любил путешествовать и помогать людям. Категорически не принял Майдан, войну против Донбасса и честно всех предупреждал, что закончится это разрушением страны. Всегда всерьез воспринимал угрозы западноукраинских националистов и считаю их главными виновниками всего, что случилось с Украиной. То, во что они превратили страну, больше не может быть моей Родиной, это имя присвоила себе кучка уляпанных кровью мерзавцев. Поэтому в «европейской стране» связанным со мной людям грозит большая опасность. Вот причина того, что об Украине я пишу не под своим именем. Но с надеждой, что однажды она снова станет пригодной для жизни, созидательной работы и творчества. А имя партизанского командира и поэта Дениса Давыдова напоминает о том, что бороться за свою правду нужно вдохновенно - и обязательно победишь. В феврале 1945 года в опустошенной немцами Ялте принимали иностранных гостей. ИА Регнум В Ливадийский дворец, чудом спасенный партизанами от подрыва, везли мебель, людей и самые изысканные продукты. Для лидеров Британии и США, а также сопровождавших их на мирную конференцию делегаций каждый день на стол ставили красную и черную икру, рябчиков и другую дичь, оленину, деликатесную рыбу, колбасы и плов. Всё это сопровождалось крымскими винами, коньяком, шампанским и десертами. Для обычного советского человека в разрушенной войной стране подобное меню было практически фантастикой. А для американских и британских гостей — еще и довольно загадочным гастрономическим аттракционом: многие блюда они попросту не знали и не понимали, переживая в своих дневниках по поводу этой явно избыточной щедрости. Но, кажется, советская сторона и не ставила перед собой задачу просто пустить им пыль в глаза. Во-первых, наша традиция велит ставить перед гостями на стол всё лучшее. А во-вторых, это не было сообщение «мы здесь прекрасно живем», как не было и привычной диетой принимающей стороны. Сообщение было другим: мы принимаем вас с уважением и показываем, что наши возможности куда шире, чем это выглядит. Возможно, во дворце в Крыму нет отопления, зато Красная армия скоро возьмет Берлин, а наша государственная машина работает безупречно, ресурсы огромны, и мы способны решать любые задачи. Деликатесы же из разных уголков СССР сообщали, что это не просто выстоявшее в войне государство, это великая мировая империя, большая и разнообразная, которая диктует новые правила игры и празднует свой скорый триумф. Ведь стол был, без преувеличения, «царским». Прошло восемьдесят лет, но привычка разговаривать с иностранцами через еду никуда не исчезла. Американских переговорщиков, прибывших обсудить условия мира между Россией и Украиной, потчевали и там и там. Только теперь по перечню блюд можно прочитать, какую именно страну государства хотели показать своим заморским гостям. На борту спецпоезда «Укрзализныци» Стив Уиткофф и Джаред Кушнер получили «крымскотатарское меню» — довольно скромные овощную и мясную тарелки, мезе, летний салат, шашлык и компот. Конечно же, это была не просто еда: американским визитерам предложили официальную «красную линию». Якобы, обсуждая мирные форматы, Украина демонстративно не отказывается от претензий на полуостров, заворачивая в листья салата продолжение войны. Вкус и качество еды здесь глубоко второстепенны, и можно только догадываться, понравился ли американцам обед, поданный безо всякого интереса, вкусно это или нет. В Москве набор оказался совсем другим, и очевидно, кормят у нас гораздо лучше. Но есть ли политическое послание в салате «Столичный» с красной икрой и перепелкой, в крабах и морских гребешках, икре, оленине и палтусе? Что говорит кулебяка из трех видов рыбы? В первую очередь, «садитесь, гости дорогие, вот вам Россия». Большая, разная, богатая. В этом смысле современная Москва неожиданно продолжает ялтинскую традицию. Не обязательно читать лекцию о величии страны или ее текущем положении дел. Можно просто поставить на стол белужью икру. Без особых изысков, без излишнего пафоса, в сдержанном традиционном духе — северные моря, огромные леса, простые люди с гречкой, старый Петербург и старая Москва, но и советская гастрономия. Достаточно широкий выбор блюд, чтобы показать широту географии, уважение к гостям, но не перейти ту черту, когда угощение превращается в пир. Пировать будем, когда будет повод. А пока «предлагаем командиру и остальным разведчикам сухую одежду, горячий чай и наше радушие». Никто не подает с ехидной улыбочкой котлет по-донбасски, брызжущих под ножом горячим маслом, и не предлагает распилить торт «Киевский» на потеху сетевым пересмешникам. В этом нет необходимости. Московский обед напоминает, что американцы имеют дело с великой державой, умеющей вести себя с достоинством. Киевский — о том, что всем постоянно хотят скормить какие-то претензии по любому случаю. Совершенно разные подходы и уровень диалога тоже разный. Мы не раздаем пирожки в промасленной бумажке с исторической справкой о том, как Крым стал частью России в конце XVIII века, а будущая Украина — за 130 лет до того. И не пытаемся перед подачей горячих блюд доказать, «чей стол». В Ялте 1945-го иностранцам показывали, что Советский Союз способен принимать решения о будущем мира. В Москве 2026-го — что Россия спокойна, собрана и стоит на своем. А в Киеве остается только надеяться, что мезе на время перебьет американский аппетит к главному блюду в меню, которым является сама Украина.