Бородино: там, где перед битвой армия встала на колени

Как рассказывает митрофорный протоиерей отец Владимир, Бородинское сражение — это не только одна из самых кровопролитных битв Отечественной войны 1812 года. За военными событиями, именами полководцев и движением армий стояла история человеческой стойкости, мужества и веры. Накануне решающей битвы русские воины обращались к Богу с молитвой, а рядом с ними находились святыни, которые воспринимались как духовная защита и надежда. 7 сентября 1812 года, или 26 августа по старому стилю, у села Бородино, примерно в 125 километрах от Москвы, сошлись русская армия и войска Наполеона. Сражение продолжалось с раннего утра до вечера и стало одним из самых ожесточённых за всю Отечественную войну. Наполеон рассчитывал нанести русской армии решающий удар. Французское командование планировало атаковать левый фланг, прорваться к центру и затем обрушить основные силы на правое крыло. Русской армией командовал Михаил Илларионович Кутузов, и его главной задачей было не допустить разгрома армии. Одними из самых горячих точек стали Багратионовы флеши. Их обороной руководил князь Пётр Багратион. Французские войска неоднократно переходили в атаку, однако русские части раз за разом отвечали контрударами. Бои продолжались несколько часов. Во время одного из них Багратион получил смертельное ранение. Русские войска были вынуждены отойти, а французы заняли укрепления, заплатив за это огромными потерями. Не менее ожесточённые события развернулись у батареи Раевского — одного из ключевых укреплений русской обороны. Высота позволяла контролировать значительную часть поля боя, поэтому Наполеон стремился овладеть ею любой ценой. Французам удалось захватить батарею, но русские войска провели контратаку и вернули позицию. Кутузов понимал, что силы обеих армий постепенно истощаются. Чтобы выиграть время и заставить противника изменить расстановку войск, он направил в обход французских позиций казачий отряд Матвея Платова и кавалерийский корпус Фёдора Уварова. Этот рейд не привёл к крупному поражению французов, однако Наполеон был вынужден реагировать на неожиданную угрозу и отложить очередную атаку. Последний штурм батареи Раевского начался после падения Багратионовых флешей. Французские части атаковали укрепление с нескольких сторон. К четырём часам дня батарея была оставлена русскими войсками. Однако главного Наполеон так и не добился: русская армия не была разгромлена, её основные силы сохранили боеспособность. К вечеру бой постепенно стих. Русские войска отошли примерно на километр, а французская армия осталась на поле сражения. Потери были чудовищными. Точные цифры до сих пор являются предметом исторических споров, но принято говорить примерно о 35 тысячах погибших и раненых с французской стороны и около 50 тысяч — с русской. Особенно страшным было то, что в бою активно участвовали представители высшего командного состава. Бородинское сражение недаром называют «битвой генералов»: десятки генералов были убиты или получили ранения. Кто же победил при Бородино? Однозначного ответа на этот вопрос нет. Французская армия смогла занять ряд важных позиций и формально добилась тактического успеха. Русская армия оставила поле боя и впоследствии отступила к Москве. Но Наполеон не получил главного — разгромленной русской армии и капитуляции противника. Кутузов сохранил войско, способное продолжать войну. Поэтому сегодня Бородинское сражение чаще всего рассматривают как стратегически неоднозначный, фактически нерешённый бой, последствия которого оказались чрезвычайно важными для всей кампании. Бородино: там, где перед битвой армия встала на колениНо у Бородина есть ещё одна сторона, которую невозможно понять, рассматривая только карты, цифры и военные манёвры. Это духовная история сражения. Бородинская битва пришлась на праздник Сретения Владимирской иконы Божией Матери — 26 августа по старому стилю. Накануне сражения на поле боя совершались молебны, а по расположению русских войск была пронесена Смоленская икона Божией Матери «Одигитрия». Для русских воинов это было не просто торжественное церковное шествие. Перед лицом предстоящей битвы люди искали опору в вере. Огромная армия, готовившаяся утром вступить в смертельный бой, преклоняла колени перед святыней. Участник событий Фёдор Глинка позднее вспоминал, как духовенство шло в ризах, звучало церковное пение, а святая икона двигалась через расположение войск. По его словам, многочисленные солдаты и ополченцы сами, по движению сердца, становились на колени. К иконе подошёл и Кутузов. Главнокомандующий поклонился ей до земли, и его примеру последовали генералы. Этот момент особенно важен для понимания настроения русской армии. Войска ожидали одного из самых страшных сражений своего времени, но перед этим они молились. Среди воинов находились священнослужители, которые оставались вместе с армией и во время боя. Смоленская икона Божией Матери сопровождала русское войско ещё с начала Отечественной войны. Сам Кутузов писал своей жене из Бородино: «Солдаты из Смоленска вынесли чудотворный образ Смоленския Богоматери, и сей образ везде сопутствует нам». По некоторым свидетельствам, во время самого Бородинского сражения икона находилась около одного из перевязочных пунктов. Перед ней совершались молебны. Священники сменяли друг друга, продолжая молитву в то время, когда вокруг гремели орудия и шёл смертельный бой. Для Кутузова вера также не была формальностью. Известно множество свидетельств о его глубокой религиозности. Военные решения он воспринимал не только как расчёт полководца, но и как нравственную ответственность. Перед важными событиями совершались богослужения и совместные молитвы с войсками, а после побед — благодарственные молебны. С Бородинским сражением были связаны и другие почитаемые образы. В самой Москве в день битвы совершались крестные ходы с Владимирской, Иверской и Смоленской иконами Божией Матери. Эти святыни словно соединяли тех, кто находился на поле боя, и тех, кто оставался в Москве, ожидая исхода войны. Особое место занимали и походные иконы полков. У каждого полка могла быть своя святыня, воспринимавшаяся как небесная покровительница воинов. Одни полки шли с образом Святой Троицы, другие — с иконами Божией Матери, святителя Николая Чудотворца, великомученика Георгия, благоверного князя Александра Невского или Нерукотворного Спаса. Удивительна и дальнейшая судьба Смоленской иконы. После оставления Смоленска святыня продолжила путь вместе с русской армией. Она находилась среди войск во время последующих сражений, перед ней служились благодарственные молебны после побед. Кутузову было непросто расставаться с образом, который сопровождал армию в самые тяжёлые месяцы. После освобождения Смоленска он распорядился вернуть икону в город. В письме жене Кутузов признавался: «Жаль расставаться», вспоминая, что совсем недавно во время сражения святыня находилась за батареей. 10 ноября 1812 года чудотворный образ вернулся в Смоленск. Получилось символично: икона, покинувшая город вместе с войсками перед нашествием, вернулась после того, как враг был изгнан. Бородино стало не только военным событием. Оно глубоко изменило русское общество. Огромные потери, отступление, оставление Москвы и последующее изгнание Наполеона стали испытанием, которое переживалось всей страной. Именно тогда особенно ярко проявилось чувство единства — от простого крестьянина до представителей высшей аристократии. Память о Бородине постепенно стала частью национальной культуры. О сражении писали Лермонтов и Пушкин, его осмыслил Толстой в «Войне и мире», а художник Франц Рубо запечатлел драматические события на знаменитых полотнах. В Зимнем дворце появилась Военная галерея с портретами героев Отечественной войны. Само Бородинское поле со временем превратилось в место исторической памяти. Здесь появились памятники и мемориалы, были восстановлены укрепления, создан музей. Сегодня Бородинское поле хранит память не только о военной истории, но и о людях, оказавшихся перед лицом смертельного испытания. Наверное, поэтому Бородино и спустя более двух столетий воспринимается не просто как дата в учебнике истории. Это место, где особенно ясно соединяются мужество и страх, воинский долг и человеческая боль, история и вера. Перед началом битвы тысячи людей преклонили колени перед образом Божией Матери. Через несколько часов они поднялись и пошли навстречу сражению. Многие из них уже не вернулись. И потому память о Бородине — это не только память о победах и поражениях. Это память о тех, кто в самый трудный момент своей жизни искал силы не только в оружии, но и в молитве. Именно это духовное измерение, по словам митрофорного протоиерея отца Владимира, помогает увидеть за событиями далёкого 1812 года не сухую хронику войны, а человеческую историю — историю мужества, веры, жертвы и надежды.